За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Дворянское гнездо


Прекрасным весенним днем, а вернее – практически вечером предстаёт перед нами «дворянское гнездо». И не происходит в романе бурных потрясений или глубоко трагических событий, но мастерство писателя как раз и заключается в том, что на фоне казалось бы идиллической жизни дворянства, Иван Сергеевич Тургенев сумел показать закат жизни этого сословия. Герою любят, переживают. Но они мало приспособлены к жизни, не умеют найти смысла своего существования.

Роман о душевно светлых людях, чьё время уже практически прошло. На сердце остаётся грусть и…сожаление.

материалов
Пушкинского Дома, вып. IV, И. С. Тургенев. Издательство Академии наук  СССР,
Л., 1958.
     Писарев - Д. И. Писарев. Сочинения в четырех  томах.  Гослитиздат,  М.,
1955-1956.
     P Вести - "Русский вестник" (журнал).
     P Сл - "Русское слово" (журнал).
     Салтыков-Щедрин  -  Н.  Щедрин  (M.  E.  Салтыков).   Полное   собрание
сочинений, тт. I-XX. Гослитиздат, М. - Л., 19341941.
     Сб. ПД 1923 - "Сборник Пушкинского Дома на 1923 год". Пгр., 1922.
     Спб Вед - "С. - Петербургские ведомости" (газета).
     Творч путь Т, Сб  -  Творческий  путь  Тургенева.  Сборник  статей  под
редакцией Н. Л. Бродского. Издательство "Сеятель", Пг., 1923.
     Т и его время - Тургенев и его время. Первый сборник под  редакцией  Н.
Л. Бродского. М. - Пгр., 1923.
     Т и круг Совр - Тургенев и круг "Современника".  Неизданные  материалы.
1847-1861. "Academie", M. - Л., 1930.
     Толстой  -  Л.  Н.  Толстой.  Полное  собрание  сочинений,   тт.   190.
Гослитиздат, М. - Л., 1928-1958.
     Т, Письма - И. С. Тургенев. Полное собрание сочинений и писем.  Письма,
тт. Т-VI. Издательство Акячемии наук  СССР,  М.  -  Л.,  1961-1963.  Издание
продолжается.
     Труды ГБЛ - Труды Государственной библиотеки СССР  им.  В.  И.  Ленина,
вып. III и IV. "Academia", M., 1934 и 1939.
     Т сб (Пиксанов) - Тургеневский сборник. Пг.  (Тургеневский  кружок  под
рук. Н. К. Пиксанова), 1915.
     Т, Сочинения - И. С. Тургенев. Сочинения под редакцией К.  Халабаева  и
Б. Эйхенбаума, тт. I-XII. Госиздат и ГИХЛ, М. - Л., 1928-1934.
     Т, СС - И. С. Тургенев. Собрание  сочинений  в  двенадцати  томах,  тт.
I-XII. Гослитиздат, М., 1953-1958.
     Фет - А. Фет. Мои воспоминания, ч. 1. М., 1890.
     Чернышевский - Н.  Г.  Чернышевский.  Полное  собрание  сочинений,  тт.
I-XVI. Гослитиздат, М., 1939-1953.
     Щукинский сб - "Щукинский сборник", вып. I-X, М., 19021912.
     Dolch - Oscar Dolch. Geschichte des deutschen  Studententhums  von  der
Grundung der deutschen Universitaten bis zu den  deutschen  Preihetskriegen.
Leipzig, 1858.
     Mazon - Manuscrits parisiens d'Ivan Tourguenev. Notices et extraits par
Andre Mazon. Paris, 1930.
     1858, Scenes - Scenes de la vie russe, par M.  I.  Tourgueneff.  Paris,
Hachette, 1858.
 

     Седьмой  том  полного  собрания  сочинений  И.  С.  Тургенева  содержит
произведения, написанные и  изданные  в  1856-1859  годах:  повести  "Фауст"
(1856),  "Поездка  в  Полесье"   (1853-1857),   "Ася"   (1857-1858),   роман
"Дворянское гнездо" (1856-1859). Период, когда они написаны (за  исключением
"Поездки в Полесье", задуманной и  начатой  еще  во  время  Спасской  ссылки
Тургенева), начинается после выхода в свет "Рудина", т. е. весной 1856 года,
и  кончается  опубликованием  в  январском  номере  "Современника"  1859  г.
"Дворянского гнезда", когда писатель уже  начал  работу  над  своим  третьим
романом - "Накануне".
     Повесть "Фауст", напечатанная в октябрьской книжке "Современника"  1856
г. и одновременно включенная в трехтомное  издание  "Повестей  и  рассказов"
Тургенева, вышедшее в свет в самом начале ноября 1856 года,  была  последним
произведением, написанным Тургеневым за его шестилетнее пребывание в России,
в 1850-1856 годах. Создание "Аси" и начало работы над  "Дворянским  гнездом"
относятся ко времени жизни  писателя  за  границей  -  во  Франции,  Италии,
Германии, Австрии;  "Дворянское  гнездо"  обрабатывается  и  завершается  по
возвращении в Россию, летом и осенью 1858 года, в Спасском и  в  Петербурге.
За границей же получает в 1857 году окончательный вид и  начатая  за  четыре
года перед  тем  "Поездка  в  Полесье".  Эти  биографические  обстоятельства
наложили известный отпечаток на все названные произведения, объединяющиеся в
одном томе не только по хронологическим, но и по внутренним признакам.
     "Рудиным" в основном была завершена длительная и многосторонняя  работа
Тургенева над художественным  воплощением  социально-психологического  типа,
занимавшего  значительное  место  в  русской  общественной  жизни   в   годы
николаевской реакции, -  типа  "лишних  людей",  или,  как  называл  их  сам
Тургенев, "русских людей культурного слоя"  {См.  в  томе  VI  вступительную
статью к примечаниям.}. Но  тема  и  ее  проблематика  далеко  еще  не  были
исчерпаны, хотя восприятие автором героев рудинского типа, его  суждение  об
их исторической роли определились  уже  в  первом  романе  Тургенева,  После
"Рудина" перед писателем возникают новые проблемы,  относящиеся  к  тому  же
общему  вопросу  -   об   исторической   и   современной   роли   дворянской
интеллигенции, но возникают они в новых аспектах  и  изображаются  с  других
сторон. К развитию и углублению  этой  темы  побуждало  Тургенева  то  новое
состояние, в которое вступило  русское  общество  после  окончания  Крымской
войны: сознание происшедшего перелома и  невозможности  сохранения  старого,
николаевского  порядка;  ожидание  близких  реформ  и   надежда   на   новое
царствование,  быстрое  разочарование  и  недовольство   медлительностью   и
колебаниями правительства в вопросе о реформах; далее - с конца 1857 года  -
первые, робкие и неясные, но уже реальные шаги в сторону отмены  крепостного
права.
     В предстоящих реформах, как думал Тургенев и как  считали  близкие  ему
дворянские деятели, с которыми он общался за  границей  и  особенно  в  Риме
зимой 1857-58 годов, роль передовой  дворянской  интеллигенции  должна  была
быть очень велика, и так называемые "лишние люди"  должны  были  найти  себе
достойное применение в реальной общественной деятельности.
     Но  вместе  с  тем  личные  переживания  Тургенева,   его   собственное
мироощущение в те же годы  складывались  так,  что  наряду  с  общественными
вопросами, выдвигавшимися русской жизнью и волновавшими  его,  для  писателя
возникали  и  вопросы  иного,  индивидуально-этического  порядка.  Этическая
проблематика  была  существенным  звеном  в  прогрессивной  идеологии  этого
переходного времени;  в  нее  входили  и  вопросы  воспитания  и  подготовки
участников  и  деятелей  новой  исторической  эпохи.  Вопросы  этики  в   их
соотношении  с  общественным  делом  занимали  большое  место  и  в  системе
воззрений  революционных  демократов,  в  частности  у   Чернышевского,   ко
трактовались ими не так, как Тургеневым.
     Тургенев,  считая  эти  годы  переломными  для   себя   не   только   в
литературно-общественном, но и в личном  плане,  переломными  для  всей  его
жизни, особенно склонен был подводить итоги  своему  прошлому  и  заниматься
вопросами, одновременно лично психологического и общефилософского  значения:
вопросом "личного счастья" человека или, точнее, его права на личное счастье
в столкновении  с  его  нравственным  и  общественным  долгом;  вопросом  об
отношении человеческой индивидуальности к окружающему ее миру, к природе,  о
месте человека в природе; наконец - опять-таки не только в общественном,  но
и в лично-этическом плане - вопросом об отношении дворянского интеллигента к
народу и о его долге перед народом.
     Первый из этих вопросов - о возможности  достижения  человеком  личного
счастья, когда эта возможность вступает в столкновение с моральным долгом, -
лежит в основе и "Фауста", и "Дворянского  гнезда",  и,  хотя  и  в  меньшей
степени, "Аси". Как это наблюдается не раз в  творчестве  Тургенева,  вопрос
этот облекается в сюжетные  формы,  характерные  для  писателя,  -  в  формы
"испытания" героев чувством любви, причем в обеих повестях - и в "Фаусте", и
в "Асе" - герой не выдерживает "испытания" и, как это уже было перед  тем  в
"Рудине",  оказывается  морально  слабым  и  неустойчивым  по  сравнению   с
героиней.
     Та же основная тема в "Дворянском  гнезде"  осложняется  и  углубляется
тем, что, в отличие от "Рудина" и ряда других  предшествующих  произведений,
оба  центральных  персонажа  романа,  каждый  по-своему,  являются  морально
сильными и своеобразными  людьми.  Поэтому  и  тема  невозможности  "личного
счастья" развита в "Дворянском гнезде" с наибольшей  глубиной  и  наибольшим
трагизмом. При этом, однако,  в  самой  сюжетной  ситуации,  изображенной  в
романе, содержится новый элемент, отсутствующий в пессимистическом "Фаусте",
- суд писателя над прежними его идеалами самопожертвования. В  отказе  новых
героев Тургенева от личного счастья нашла проявление та душевная ущербность,
которая не дает им возможности  стать  новыми  историческими  деятелями.  Но
крушение надежд на личное счастье приводит Лаврецкого к новой проблеме  -  к
мыслям о нравственном долге  перед  народом  и  о  необходимости  действенно
помогать ему. В эти переживания Лаврецкого, в разрешение моральных  проблем,
поставленных в романе, Тургенев вложил много личного, отражающего испытанный
им зимой 1856-37 годов глубокий творческий и психологический кризис.
     Между "Фаустом", наиболее законченно выражающим философию  отречения  и
пессимистический взгляд на жизнь, и "Дворянским гнездом", где идея отречения
подвергается  пересмотру  и,  в  конце  концов,  осуждению,  лежит  переход,
заполненный не только хронологически, но  и  в  идейно-творческом  отношении
"Асей" и "Поездкой в Полесье". Последняя повесть  (или,  точнее,  очерк)  по
своему происхождению и  по  времени  замысла  (1853)  является  своего  рода
продолжением "Записок охотника", в число которых она даже  была  включена  в
ближайшем издании сочинений Тургенева, 1860 года (но изъята из  "Записок"  и
перенесена в  состав  повестей  во  всех  следующих  изданиях).  "Поездка  в
Полесье" писалась с большими перерывами и при ее окончательной  обработке  в
1856-57 годах приобрела новые  качества  и  наполнилась  новым  содержанием,
глубоко разнящимся от содержания и тона "Записок охотника". Большое место  в
ней заняла философия природы в виде занимавшей Тургенева проблемы  отношений
между человеком и природой, проблемы ничтожества человеческого разума  перед
ее  вечной  стихийной  жизнью,  перед  всемогущей  силой,  которой   человек
подвластен. Постановка и разрешение этой проблемы восходят, с одной стороны,
к давним размышлениям Тургенева, неоднократно выражавшимся в его письмах,  с
другой - к воздействию философии Шопенгауэра, которая  именно  в  это  время
особенно внимательно воспринимается Тургеневым.
     Переход от "Фауста"  и  "Поездки  в  Полесье"  к  "Дворянскому  гнезду"
знаменует, по существу,  новый  этап  творческого  пути  Тургенева.  В  этом
романе, несмотря на то,  что  действие  его  отодвинуто  назад,  и  даже  на
довольно значительное расстояние (хронология событий,  изображенных  в  нем,
точно определена  как  весна  и  лето  1842  года;  предыстория  -  женитьба
Лаврецкого - относится к началу 30-х годов,  а  эпилог  отнесен  ко  времени
через восемь лет после основного действия, т. е. к  1850  году,  и  все  это
вполне соответствует реалиям романа), - несмотря на  это,  проблематика  его
вполне современна годам, в которые он был написан. То же мы видим и в "Асе",
действие которой происходит "лет двадцать тому назад", т. е. в конце  1830-х
годов. Такой герой, как  Лаврецкий,  мог  явиться  только  после  Рудина,  и
некоторые его демократические, "мужицкие"  черты  открывают  путь  к  героям
нового типа - Инсарову и, в дальнейшем, Базарову. Что же касается "Аси",  то
недаром  Чернышевский  воспользовался  образами   этой   повести,   имевшими
20-летнюю давность, для приговора над  дворянским  либерализмом  конца  50-х
годов. В эпоху предреформенных  ожиданий  и  все  углубляющихся  расхождений
между  разночинцами-демократами  и  дворянами-либералами  шедшие   навстречу
революции демократы не только  отказывались  от  союза  с  "лишними  людьми"
(союза, который Чернышевский  еще  в  конце  1856  года  считал  полезным  и
желательным), но отказывали самим "лишним людям"  в  личной  и  общественной
положительной  значимости.  И  сам  Тургенев,  признав  крушение  стремлений
Лаврецкого к личному счастью, увидел  лишь  один  выход  для  его  "одинокой
старости" и "бесполезной жизни": путь практической  деятельности  на  пользу
крепостного крестьянства.
     Таковы основные черты, определяющие эволюцию  творчества  Тургенева  за
короткий,   но   наполненный   важным   содержанием   период,   охватываемый
произведениями 1856-1858 годов.
     Тексты произведений, входящих в настоящий том, печатаются по  последним
прижизненным авторизованным изданиям: "Фауст", "Поездка в Полесье", "Ася"  -
по изданию Глазунова, СПб., 1883, том VII;  последний  отредактирован  самим
Тургеневым. "Дворянское гнездо" - по  предшествующему  изданию,  наследников
братьев Салаевых, СПб., 1880, том III, так как в издании 1883 года том  III,
содержащий этот роман, Тургенев, будучи во время его подготовки тяжело болен
{Текст тома III для  издания  1883  года  -  тома,  содержащего  "Рудина"  и
"Дворянское гнездо", был просмотрен Тургеневым, но при пересылке из Парижа в
Россию затерялся, и писатель, не имея возможности просмотреть его  вторично,
поручил это своему парижскому знакомому А. Ф. Онегину (см.  наст,  изд.,  т.
VI, стр. 494-495).}, просмотреть не смог.
     Следует отметить, что в обоих изданиях -  1880  и  1883  -  тексты,  по
сравнению  со  всеми  предшествующими  изданиями,  а  также  с  автографами,
подверглись  пересмотру  и  исправлению  по  линии   приближения   некоторых
просторечных и архаических форм языка, в  их  лексической  и  грамматической
структуре, к общелитературным  формам,  выработанным  к  концу  70-х  годов.
Таковы: "в уголке",  "роста",  "раза"  (1880  и  1883)  вместо  "в  уголку",
"росту",   "разу"   (предшествующие    издания);    "расстраивает"    вместо
"расстроивает"; "квартира"  вместо  "квартера";  "клирос"  вместо  "крылос";
"плевательница" вместо "плевальница"; "шкаф"  вместо  "шкап";  полные  формы
отчеств ("Иванович") вместо сокращенных ("Иваныч").
     Эти и подобные им формы слов воспроизведены в  издании  по  источникам,
взятым за  основу,  а  соответствующие  им  устарелые  написания  в  разделе
вариантов не приводятся.
     Тексты и варианты произведений, входящих в настоящий том, подготовили и
комментарии к ним написали: И.  А.  Битюгова  ("Фауст"),  Т.  П.  Голованова
("Дворянское гнездо"), Л. М. Лотман ("Ася"), А. П. Могилянский  ("Поездка  в
Полесье"). Раздел ""Дворянское гнездо" в иностранных переводах"  и  реальный
комментарий к роману написаны М. П. Алексеевым, предисловие  к  вариантам  и
вступительная статья к комментариям - Н. В. Измайловым.
     Редакторы тома: М. П. Алексеев и Н. В. Измайлов.
 

     Варианты чернового автографа (ЧА)
 
     Эпиграф: "На что душа рождена, того бог и дал"
     Кирша Данилов {Перед этим начато и зачеркнуто: Древний}.  Песнь  о  кн.
Репнине
 
 
     (дело происходило в 1842 году) /  (дело  происходило  в  [1850]  [1849]
[1850] [1845] [1840] 1849 году) - вписано.
 
     Калитиной. / Калитиной... Она была вдова.
     умер лет десять тому назад. / умер 14 лет тому назад.
 
     сословии / звании
                                                                           
     еще в детстве лишилась родителей / происходила из дворянского рода. Она
еще [в детстве] в молодости лишилась родителей
 
     селе / а. по<местье> б. сельце
 
     После: ее свадьбы - начато: Калитин не мог покинуть город - он не  имел
ни малейших наклонностей к деревенскому уединению
 
     знанием света / знанием жизни
 
     пятнадцатилетнего брака / десятилетнего брака
 
     зато она была ~ не прекословил. / а. зато никто не мог  быть  ласковее,
когда все исполнялось по ее желанию, чего нельзя  сказать  о  наших  барынях
вообще. Все знакомые ее любили. Она одевалась со вкусом, б.  зато  она  была
очень ласкова и любезна, когда никто ей не  прекословил  и  все  ее  желания
исполнялись, что не  всегда  можно  сказать  о  наших  барынях  вообще.  Она
одевалась со вкусом и радушно принимала  гостей,  в.  зато  она  была  очень
ласкова  и  любезна,  когда  все  ее  желания  исполнялись  и  никто  ей  не
прекословил; вообще можно сказать, что все знакомые ее любили.
 
     держалась так / а. держала себя так независимо и с  таким  достоинством
б. так себя держала
 
     После: вздыхаешь, мать моя? - Мария Дмитриевна подняла тихонько глаза и
посмотрела на тетку усталым и томным взглядом.
 
     Почтенный! - повторила с укоризной старушка. / Он почтенный лгун.
 
     Еще бы! ~ проворчала Марфа Тимофеевна / Марфа Тимофеевна только головой
покачала
 
     голова вся седая / голова вся седая и голос такой [сладкий] тихий
 
     эта слабость ~ не получил / Эта слабость в  нем  есть,  конечно,  но  в
городе все его уважают [и он очень, говорят, начальством любим],  начальство
его любит.
     - Да у вас в городе кого не уважают! - перебила Марфа Тимофеевна.
     - Сергей Петрович, тетушка, воспитания, конечно, не получил.
 
     По-французски не говорит, - эка беда! / По-французски не говорит!  [Да]
Лучше бы он ни по-каковски не говорил. Это не беда!
 
     коротеньких панталонах, серых замшевых перчатках и вписано.
 
     Марфе  Тимофеевне  /  Мавре  Тимофеевне  {В  таком  написании  это  имя
встречается до IX главы.}
 
     подошел к ручке / подошел к руке
 
     преудивительная: / преудивительная.  Слышал  я,  будто  г-н  губернатор
получил наистрожайшее предписание  насчет  г-жи  помещицы  Ферапонтовой,  по
случаю...  -  Гедеоновский  кашлянул  {Было:  по  случаю...  по   случаю   -
Гедеоновский искал, заикаясь, слова }  -  по  случаю  скрытия  танцевального
преподавателя. -
     - Г-н Гедеоновский, - резко перебила его Марфа Тимофеевна.
     - Что прикажете-с?
     - Сознайтесь, что вы эту новость сейчас выдумали сами.
     Гедеоновский [закрыл] наклонил голову несколько набок...
     - Вы всегда изволите сомневаться в истине моих показаний, -  проговорил
он смиренно. - Впрочем, я имею сообщить вам другую новость! "
 
     Вот они изволят ~ сбоку подойти, вписано.
 
     После: подойти. - Мария Дмитриевна улыбнулась.
 
     вашу белоснежную ручку / а. вашу беленькую ручку б. вашу  нежную  ручку
в. вашу ручку
 
     Он приложился к ней губами / Он напечатлел на ней поцелуй
 
     Помилуйте-с. / Помилуйте-с.
     - Он вас обо мне не спрашивал?
     - Никак нет-с. Да я их, так сказать, мельком видел-с.
 
     Марья Дмитриевна подняла глаза к небу, вписано.
 
     наше нижайшее / наше почтение
 
     отойдя в угол / отойдя в уголок
 
     После: всадник. - Мое почтение, Сергей Петрович.
 
     несмотря на его сопротивление / несмотря на его прыткий н<оров>
 
     высокая черноволосая / и высокая
 
     лет девятнадцати / лет восемнадцати
     Далее вписано и зачеркнуто: с большими темно-серыми глазами на бледном,
но свежем лице
 
     Он служил в Петербурге чиновником по особым  поручениям  /  Он  недавно
прибыл из Петербурга, где состоял чиновником по особенным поручениям
 
     в министерстве внутренних дел / а. у губернатора города О.  -  генерала
Зонненберга б. в министерстве внутренних дел и [попал в город О.]  находился
в городе О.
 
     отставной штабс-ротмистр / отставной офицер
 
     за ловкого  ~  и  задушевного  малого  /  за  ловкого  и  изворотливого
[человека] малого
 
     Зато он ~ по-немецки дурно. /  Начато:  а.  Владимир  Николаич  получил
воспитание  поверхностное;  он  выучился  болтать   по-французски   и   даже
по-английски б. Владимир Николаевич  прекрасно  говорил  по-французски  и  с
15-летнего возраста уже умел не смущаясь в. Зато он по своим понятиям
 
     германское словцо / немецкие словечки
 
     можно / а. прилично б. хорошо в. дело хоро<шее)>
 
     как выражаются петербургские  парижане.  /  как  говорят  петербургские
франц<узы> в подражание парижанам, никогда не употребляющим гер<манских> (не
закончено.)
 
     какому-нибудь важному лицу / какому-нибудь графу или  важному  лицу,  с
которым (не закончено.)
 
     развязен, забавен / ловок, весел, забавен
 
     un charmant garcon / "a perfect  gentleman"  {"совершенный  джентльмен"
(англ.).}
 
     Заветная область раскрылась перед ним. / Заколдованный  круг  раскрылся
перед ним.
 
     Паншин скоро понял / а. Паншин был умен и скоро понял  б.  Как  дельный
человек, Паншин скоро понял тайны
 
     После: умел начато: полупрезрительно
 
     одевался по-английски. / а. одевался [по-английски] изящно и вне  света
etc. etc. б. и, главное, умел правиться
 
     В короткое время ~ очень даровит / а. Словом, он был  светский  молодой
человек. Но в нем было еще  кое-что,  не  всем  заметное.  Так,  Паншин  был
[чрезвычайно] очень даровит б. Словом, он был джентельмен - хоть куда. Но  в
нем было  еще  кое-что,  чего  у  всех  светских  людей  [не  встретишь]  не
встречаешь, а именно:  даровитость.  в.  Словом,  он  был  светский  молодой
человек. Но в Паншине [имелась] [замечалась] была одна особенность,  которой
у всех светских людей не встречаешь часто, [а именно в нем есть ко<е-что>] а
именно: даровитость, г. [несколько] В самое  короткое  время  он  [считался]
прослыл одним из самых [лучших] любезных светских молодых людей [Петербурга]
в Петербурге. Паншин был действительно очень ловок [не хуже отца] [и  притом
он был сам]; он был также очень даровит
 
     - и мило пел, бойко рисовал / очень мило пел, рисовал недурно
 
     писал стихи, весьма недурно играл на сцене / а.  [играл  весьма]  очень
недурно играл на сцене б. лепил [фигурки] статуэтки,  [легко]  писал  стихи,
весьма недурно играл на сцене.
 
     После: играл на сцене. - Правда, все [это у него выходило]  что  он  ни
делал, выходило у него [по-дилетантски] достоинства второстепенного  [на]  a
la dillettante, но и этого было за глаза; [никто никогда не] он сам от  себя
больше ничего не требовал; - а другие уже подавно.  Как  человек  не  чуждый
художеству, он чувствовал в себе и жар, и некоторое увлечение, и восторг.
     Против этого места на полях помета: Не после ли?
 
     Паншин твердо со проницательность / а. Он верил  в  свое  счастье,  ему
[легко]  жилось  легко  б.  Паншин  верил  в  себя,  в  свой  ум,   в   свою
проницательность, в свое счастье, о
             


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |