За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Вешние воды



советоваться с мужем, разве
вот  насчет туалета  -  он  на это у  меня молодец;  а  во-вторых  зачем  вы
говорите, что  вы  цену назначите недорогую? Я не  хочу воспользоваться тем,
что вы теперь очень влюблены и готовы на всякие жертвы... Я никаких жертв от
вас не приму. Как? Вместо того чтобы  поощрять вас... ну, как бы это сказать
получше?.. благородные чувства,  что ли? я вас стану обдирать как липку? Это
не в- моих  привычках.  Когда случится,  я людей не  щажу - только  не таким
манером.
     Санин никак не мог понять, что она  - смеется  ли над  ним или  говорит
серьезно? а только думал про себя: "О, да с тобой держи ухо востро!"
     Слуга вошел с русским самоваром, чайным прибором, сливками, сухарями  и
т.п. на большом подносе, расставил всю эту благодать на столе  между Саниным
и г-жою Полозовой - и удалился.
     Она налила ему чашку чаю.
     -  Вы  не брезгаете?  - спросила  она,  накладывая  ему  сахар в  чашку
пальцами... а щипчики лежали тут же.
     - Помилуйте!.. От такой прекрасной руки...
     Он  не  закончил  фразы  и чуть  не  поперхнулся  глотком  чаю,  а  она
внимательно и ясно глядела на него.
     - Я потому упомянул о недорогой цене моего имения,- продолжал  он,- что
так как вы теперь находитесь  за границей, то я  не могу  предполагать у вас
много свободных денег и, наконец, я сам чувствую, что продажа... или покупка
имения при подобных условиях есть нечто ненормальное, и я должен взять это в
соображение.
     Санин  путался и  сбивался,  а Марья Николаевна тихонько отклонилась на
спинку кресла, скрестила руки и глядела на него тем же  внимательным и ясным
взглядом. Он наконец умолк.

     /v 157

     - Ничего,  говорите,  говорите,- промолвила она,  как бы приходя ему на
помощь,- я вас слушаю - мне приятно вас слушать; говорите.
     Санин принялся описывать свое имение, сколько в нем  десятин, и где оно
находится,  и каковы  в нем хозяйственные  угодья, и  какие можно извлечь из
него  выгоды...  упомянул даже о живописном местоположении усадьбы;  а Марья
Николаевна  все глядела  да глядела на него - все светлее и  пристальнее,  и
губы  ее  чуть-чуть  двигались, без улыбки:  она  покусывала  их.  Ему стало
неловко наконец; он замолчал вторично.
     - Дмитрий  Павлович,-  начала  Марья Николаевна  -  и  задумалась  ...-
Дмитрий  Павлович,-  повторила  она...-  Знаете что:я уверена,  что  покупка
вашего  имения  - очень выгодная для меня  афера  и  что мы сойдемся; но  вы
должны мне дать... два дня  - да, два дня  сроку. Ведь вы в состоянии на два
дня расстаться  с вашей невестой? Дольше  я  вас не  продержу, против  вашей
воли,- даю вам честное  слово. Но если вам нужны теперь же пять, шесть тысяч
франков, я с великим  удовольствием готова предложить вам их взаймы - а  там
мы сочтемся.
     Санин поднялся.
     - Я  должен  благодарить  вас, Марья Николаевна,  за  вашу  радушную  и
любезную готовность услужить человеку,  почти совсем вам  незнакомому ... Но
если уже вам непременно так угодно,то я  предпочту дождаться  вашего решения
насчет моего имения - останусь здесь два дня.
     -  Да; мне  так угодно, Дмитрий Павлович.  А вам  будет  очень тяжело ?
Очень? Скажите.
     - Я люблю свою невесту, Марья Николаевна, и разлука с ней мне не легка.
     - Ах,  вы золотой человек! - со  вздохом промолвила Марья Николаевна .-
Обещаюсь не слишком томить вас. Вы уходите?
     - Уже поздно,- заметил Санин.
     - А вам  надо отдохнуть  от  дороги - и от игры в дурачки с моим мужем.
Скажите - вы Ипполиту Сидорычу, моему мужу, большой приятель ?
     - Мы воспитывались в одном пансионе.
     - И он уже тогда был такой?
     - Какой "такой"? - спросил Санин.
     Марья Николаевна вдруг засмеялась, засмеялась  до  красноты всего лица,
поднесла  платок  к губам,  встала  с кресла  и,  покачиваясь,  как усталая,
подошла к Санину и проткнула ему руку.
     Он раскланялся и направился к двери.
     - Извольте завтра пораньше явиться - слышите? - крикнула она ему вслед.
     Он глянул назад, уходя из комнаты, и увидел, что она опять опустилась в
кресло и  закинула обе руки за голову. Широкие рукава блузы скатились  почти
до самых плеч - и нельзя было  не сознаться, что поза этих  рук, что вся эта
фигура была обаятельно прекрасна.
     ХXХVI
     Далеко за полночь горела лампа в комнате Санина. Он сидел  за столом  и
писал "своей Джемме". Рассказал ей все; описал ей  Полозовых,  мужа и жену -
впрочем, больше  распространялся насчет собственных чувств - и  кончил  тем,
что  назначил  ей  свидание  через  три  дня!!!  (с  тремя  восклицательными
знаками). Утром рано он отнес это  письмо на  почту и  пошел прогуляться  по
саду Кургауза, где уже играла музыка. Народу было еще мало; он постоял перед
беседкой,   в   которой    помещался    оркестр,    прослушал   попурри   из
"Роберта-Дьявола" и, напившись кофе, отправился в боковую, уединенную аллею,
присел на лавочку - и задумался.
     Ручка зонтика проворно  - и довольно  крепко - постучала по его плечу .
Он встрепенулся... Перед ним, в легком, серо-зеленом барежевом

     /v 158

     платье,в белой тюлевой  шляпке, в  шведских перчатках,свежая и розовая,
как летнее утро, но с не  исчезнувшей еще негой безмятежного сна в движениях
и во взорах, стояла Марья Николаевна.
     - Здравствуйте,- промолвила  она.- Я сегодня посылала за вами да вы уже
ушли. Я только  что отпила свой второй стакан  - меня,  вы знаете,заставляют
здесь  воду пить,  бог ведает зачем...  уж я  лине  здорова? И вот  я должна
гулять целый час. Хотите вы быть моим спутником. А там мы кофе напьемся.
     - Я уже пил,- промолвил Санин, вставая,- но я очень рад гулять с вами.
     - Ну так  дайте же мне вашу руку... Не бойтесь: вашей невесты здесь нет
- она вас не увидит.
     Санин принужденно улыбнулся.  Он  испытывал ощущение неприятное  всякий
раз, когда Марья Николаевна упоминала о Джемме. Однако  поспешно и  послушно
наклонился... Рука Марьи Николаевны медленно и мягко опустилась на его руку,
и скользнула по ней,и как бы прильнула к ней.
     -  Пойдемте -  вот сюда,- сказала она ему, закинув раскрытый  зонтик за
плечо.-  Я в здешнем парке  как дома:поведу вас по хорошим  местам. И знаете
что (она часто  употребляла  эти два  слова): мы  с вами не  будем  говорить
теперь об этой покупке;  мы о ней после завтрака хорошенько  потолкуем; а вы
должны  мне теперь рассказать о себе... чтобы я знала, с кем  я имею дело. А
после, если хотите, я вам о себе порасскажу. Согласны?
     - Но, Марья Николаевна, что может быть для вас интересного...
     - Постойте, постойте. Вы не  так меня  поняли.  Я с вами не кокетничать
хочу.-  Марья Николаевна пожала плечами.- У него невеста,как древняя статуя,
а  я буду  с ним кокетничать?! Но у вас товар  - а я купец. Я  и хочу знать,
каков у вас товар. Ну-ка, показывайте -каков он? Я хочу знать не только, что
я покупаю, но  и  у кого  я покупаю. Это было  правило  моего  батюшки.  Ну,
начинайте... Ну, хоть не с детства  ну вот - давно ли вы за  границей? И где
вы были до сих пор? Только идите тише - нам некуда спешить.
     - Я сюда прибыл из Италии, где я пробыл несколько месяцев.
     - А у вас, видно, особое влечение ко всему итальянскому? Странно что вы
не там  нашли свой  предмет. Вы любите художества?  Картины?  или  больше  -
музыку?
     - Я люблю искусство... Я все прекрасное люблю.
     - И музыку?
     - И музыку тоже
     - А я  ее совсем не  люблю. Нравятся  мне одни русские  песни  -  то  в
деревне, и то весной - с пляской, знаете...Красные кумачи,поднизи, на выгоне
молоденькая травка, дымком попахивает...чудесно!Но не обо мне речь. Говорите
же, рассказывайте.
     Марья Николаевна сама шла, а сама то и  дело взглядывала на Санина. Она
была высокого роста - ее лицо приходилось почти в уровень с его лицом.
     Он  принялся   рассказывать   -   сначала  неохотно,неумело,  а   потом
разговорился  разболтался  даже.  Марья Николаевна очень умно  слушала; да к
тому же она сама казалась до того откровенной,что невольно и других вызывала
на откровенность. Она обладала тем великим даром "обиходности" - Lе tеrriblе
don dе  lа familiaritе,  о котором упоминает кардинал Ретц.  Санин говорил о
своих  путешествиях,о житье  в  Петербурге  о  своей  молодости...Будь Марья
Николаевна  светской дамой,с  утонченными  манерами-он  никогда  бы  так  не
распустился;но  она сама называла  себя  добрым  малым, не  терпящим никаких
церемоний; она именно так отрекомендовала  себя Санину. И в то же время этот
"добрый малый" шел рядом с ним кошачьей походкой, слегка прислоняясь к нему,
и заглядывал


     /v 159

     ему в  лицо; и шел он в образе  молодого женского существа, от которого
так  и  веяло тем разбирающим  и  томящим, тихим  и жгучим соблазном,  каким
способны  донимать нашего брата  -  грешного, слабого мужчину,  одни - и  то
некоторые и то не чистые, а с надлежащей помесью - славянские натуры!
     Прогулка   Санина  с  Марьей   Николаевной,  беседа  Санина   с  Марьей
Николаевной продолжалась час с лишком.  И ни разу они  не останавливались  -
все шли да шли по


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |