За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Месяц в деревне



должен
уехать. Поверите  ли, Вера  Александровна, я не дождусь той минуты,  когда я
буду скакать в телеге по  большой дороге... Мне душно  здесь, мне хочется на
воздух. Мне мочи нет, как горько  и в  то же время  легко,  словно человеку,
который  отправляется в далекое путешествие, за море: ему тошно расставаться
с друзьями, ему жутко,
     а между тем море так весело шумит, ветер так свежо дует ему в лицо, что
кровь невольно  играет  в его жилах,  как сердце  в нем ни тяжело...  Да,  я
решительно уезжаю. Вернись в Москву, к своим товарищам, стану работать...
     Вера. Вы, стало быть,  ее любите,  Алексей  Николаич; вы  ее любите,  а
между тем вы уезжаете.
     Беляев.  Полноте, Вера  Александровна, к чему это?  Разве вы не видите,
что  все  кончено.  Все.  Вспыхнуло  и  погасло,  как  искра.  Расстанемтесь
друзьями.  Пора.   Я  опомнился.  Будьте  здоровы,  будьте   счастливы,   мы
когда-нибудь увидимся...  Я вас никогда не забуду,  Вера  Александровна... Я
вас очень полюбил, поверьте... (Жмет ей руку и прибавляет поспешно.) Отдайте
от меня эту записку Наталье Петровне...
     Вера (с смущением взглянув на него). Записку?
     Беляев. Да... я не могу с ней проститься.
     Вера. Да разве вы сейчас уезжаете?
     Беляев. Сейчас... Я никому ничего не сказал об этом...  исключая одного
Михаила Александрыча. Он одобряет меня. Я отправлюсь отсюда сейчас пешком до
Петровского. В Петровском я подожду Михаила Александрыча, и мы вместе поедем
в  город.  Из  города я  напишу. Мои  вещи  мне  вышлют.  Вы видите, все уже
слажено... Впрочем, вы можете прочесть эту записку. В ней всего два слова.
     Вера (принимая от него записку). И точно, вы уезжаете?..
     Беляев. Да, да...  Отдайте ей  эту записку и скажите.. Нет, не говорите
ей ничего. К чему? (Прислушиваясь.) Сюда идут. Прощайте. (Бросается к двери,
останавливается на минуту на пороге и бежит вон.)
     Вера остается с запиской в руке. Из гостиной выходит Наталья
     Петровна
     Наталья  Петровна (подходя  к Вере).  Верочка..  (Взглядывает на  нее и
останавливается.) Что с тобой?
     Вера молча протягивает ей записку.
     Записка?.. от кого?
     Вера (глухо). Прочтите.
     Наталья  Петровна.  Ты меня  пугаешь. (Читает про себя записку и  вдруг
прижимает обе руки к лицу и падает на кресло.)
     Долгое молчание.
     Вера (приближаясь к ней). Наталья Петровна...
     Наталья Петровна (не отнимая рук  от  лица).  Он уезжает!.. Он  даже не
хотел проститься со мной... О! с вами он по крайней мере простился!
     Вера (печально). Он меня не любил...
     Наталья  Петровна  (отнимает руки и встает). Но  он  не имеет права так
уехать...  Я  хочу...  Он  не  может  так...  Кто  ему  позволил  так  глупо
перервать...  Это презрение, наконец...  Я...  почему  он  знает,  что я  бы
никогда не решилась... (Опускается в кресло.) Боже мой, боже мой!..
     Вера. Наталья  Петровна, вы  сами  сейчас  мне  говорили, что он должен
уехать... Вспомните.
     Наталья Петровна.  Вам  хорошо теперь... Он уезжает...  Теперь мы обе с
вами равны... (Голос ее перерывается.)
     Вера. Наталья Петровна, вы мне сейчас  говорили... вот ваши собственные
слова: вместо того чтобы терзать друг друга, не лучше ли нам вдвоем подумать
о  том, как  бы выйти  из этого положения,  как  бы  спастись...  Мы спасены
теперь.
     Наталья Петровна (почти с ненавистью отворачиваясь от нее). Ах...
     Вера.  Я  понимаю вас, Наталья Петровна... Не беспокойтесь.. Я  недолго
буду тяготить вас своим присутствием. Нам вместе жить нельзя.
     Наталья Петровна (хочет протянуть ей руку и роняет ее на колена). Зачем
ты это говоришь, Верочка... Неужели и ты хочешь меня оставить? Да, ты права,
мы спасены теперь. Все кончено... все опять пришло в порядок...
     Вера (холодно). Не беспокойтесь, Наталья Петровна.
     Вера молча глядит на нее. Из кабинета выходит И с л а е в.
     И с л а е  в (посмотрев некоторое время на Наталью Петровну, вполголоса
Вере). Она разве знает, что он уезжает?
     Вера (с недоуменьем). Да... знает.
     Ислаев (про себя). Да зачем же это он так скоро...  (Громко.) Наташа...
(Берет ее за руку.)
     Она поднимает голову.
     Это я, Наташа.
     Она силится улыбнуться
     Ты нездорова, душа моя? Я бы посоветовал тебе прилечь, право...
     Наталья Петровна. Я здорова, Аркадий... Это ничего.
     Ислаев. Однако ты бледна... Право, послушайся меня... Отдохни немножко.
     Наталья Петровна. Ну, пожалуй. (Она хочет подняться и не может.)
     Ислаев (помогая ей). Вот видишь... Она опирается на его руку.
     Хочешь, я тебя провожу?
     Наталья Петровна. О! я еще не так слаба! Пойдем" Вера.  (Направляется к
кабинету.)
     Из залы входит Р а к и т и н. Наталья Петровна останавливается.
     Ракитин. Я пришел, Наталья Петровна...
     Ислаев (перебивая его). A, Michel! поди-ка сюда! (Отводит его в сторону
- и вполголоса, с досадой.) Зачем же ты ей все сейчас так и сказал?  Ведь  я
тебя, кажется,  просил! К чему  было торопиться... Я застал ее здесь в таком
волнении...
     Ракитин (с изумлением). Я тебя не понимаю.
     Ислаев. Ты сказал Наташе, что ты уезжаешь...
     Ракитин. Так ты полагаешь, что она от этого пришла в волнение?
     Ислаев. Тссс! Она глядит на нас. (Громко.) Ты не идешь к себе, Наташа?
     Наталья Петровна. Да... я иду...
     Ракитин. Прощайте, Наталья Петровна!
     Наталья берется за ручку двери - и ничего не отвечает.
     Ислаев (кладя руку на плечо Ракитину). Наташа,  знаешь ли, что это один
из лучших людей...
     Наталья  Петровна  (с внезапным  порывом). Да -  я  знаю, он прекрасный
человек - все вы прекрасные люди... все, все... и между тем...
     Она вдруг закрывает лицо руками, толкает дверь коленом и быстро уходит.
Вера уходит за ней. Ислаев садится молча у стола и опирается
     на локти.
     Ракитин (глядит некоторое время  на  него  и с горькой улыбкой пожимает
плечами).  Каково  мое  положение?   Славно,  нечего  сказать!  Право,  даже
освежительно. И прощание-то каково, после четырехлетней любви? Хорошо, очень
хорошо,  поделом  болтуну.  Да  и,  слава богу,  все  к  лучшему. Пора  было
прекратить эти болезненные, эти чахоточные отношения.  (Громко Ислаеву.) Ну,
Аркадий, прощай.
     Ислаев (поднимает голову. У него слезы на глазах). Прощай, брат. А оно,
того... не  совсем легко.  Не ожидал, брат. Словно буря  в  ясный  день. Ну,
перемелется... мука  будет. А все-таки  спасибо, спасибо  тебе!  Ты  - друг,
точно!
     Ракитин (про себя, сквозь зубы). Это слишком. (Отрывисто.) Прощай.
     Хочет идти в залу... Ему навстречу вбегает Шпигельский,
     Шпигельский. Что такое? Мне сказали, Наталье Петровне дурно...
     Ислаев (вставая). Кто вам сказал?
     Шпигельский. Девушка... горничная...
     Ислаев.  Нет, это ничего, доктор.  Я  думаю, лучше Наташу не беспокоить
теперь...
     Шпигельский.  А  ну  и  прекрасно!  (Ракитину.)  Вы,  говорят, в  город
уезжаете?
     Ракитин. Да; по делам.
     Шпигельский. А! по делам!..
     В  это мгновение  из  залы  врываются  разом  Анна  Семеновна  Лизавета
Богдановна, Коля и Шааф.
     Анна Семеновна. Что такое? что такое? что с Наташей?
     Коля. Что с мамашей?


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |