За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Месяц в деревне



надо  мной... Да что ж, брат, делать? Кому  что. Я
человек положительный, рожден быть хозяином- и больше ничем. Было время  - я
о другом мечтал; да осекся, брат! Пальцы себе обжег - во как! Что это Беляев
не идет?
     Ракитин. Кто такое Беляев?
     Ислаев. А  новый  наш  учитель,  русский. Дичок еще  порядочный; ну, да
привыкнет.  Малый   неглупый,  Я   его  попросил  сегодня  посмотреть,   что
постройка...
     Входит Беляев.
     А, да вот и он! Ну, что? Как там? Ничего не делают небось? А?
     Беляев. Нет-с; работают.
     Ислаев. Второй сруб кончили?
     Беляев. Начали третий.
     Ислаев. А насчет венцов - вы сказали?
     Беляев. Сказал.
     Ислаев. Ну - а они что?
     Беляев. Они говорят, что иначе они и не делали никогда.
     Ислаев. Гм. Ермил-плотник там?
     Беляев. Там.
     Ислаев. А!.. Ну, благодарствуйте!
     Входит Наталья. А! Наташа! здравствуй!
     Ракитин. Что ты это сегодня со всеми двадцать раз здороваешься?
     Ислаев.  Говорят тебе, захлопотался.  Ах, кстати! Я тебе  не  показывал
новую мою веялку?  Пойдем, пожалуйста;  это любопытно.  Вообрази - ураган из
нее, просто ураган. До обеда еще успеем... Хочешь?
     Ракитин Изволь.
     Ислаев. А ты, Наташа, не идешь с нами?
     Наталья Петровна. Будто я понимаю что в ваших веялках! Ступайте вы одни
- да смотрите не замешкайтесь.
     Ислаев (уходя с Ракитиным). Мы сейчас...
     Беляев собирается за ними идти.
     Наталья Петровна  (Беляеву).  Куда  же вы,  Алексей  Николаич?  Беляев.
Я-с... я...
     Наталья Петровна. Впрочем, Если вы хотите гулять...
     Беляев. Нет-с, я целое утро был на воздухе!
     Наталья  Петровна.  А!  ну  в  таком  случае  сядьте...  Сядьте  здесь.
(Указывая  на  стул.) Мы  с вами  еще  не  поговорили как  следует,  Алексей
Николаич. Мы еще не познакомились.
     Беляев кланяется и садится.
     А я желаю с вами познакомиться.
     Беляев. Я-с... мне очень лестно.
     Наталья Петровна (с улыбкой).  Вы меня теперь боитесь, я это вижу. . но
погодите, вы меня узнаете, вы перестанете  меня бояться. Скажите... Скажите,
сколько вам лет?
     Беляев. Двадцать один год-с.
     Наталья Петровна. Ваши родители живы?
     Беляев. Мать моя умерла. Отец жив.
     Наталья Петровна. И давно ваша матушка скончалась?
     Беляев. Давно-с.
     Наталья Петровна. Но вы ее помните?
     Беляев. Как же... помню-с.
     Наталья Петровна. А батюшка ваш в Москве живет?
     Беляев. Никак нет-с, в деревне.
     Наталья Петровна. А! что, у вас есть братья... сестры?
     Беляев. Одна сестра.
     Наталья Петровна. Вы ее очень любите?
     Беляев. Люблю-с. Она гораздо моложе меня.
     Наталья Петровна. А как ее зовут?
     Беляев. Натальей.
     Наталья  Петровна (с  живостью).  Натальей?  Это  странно. И меня также
Натальей зовут... (Останавливается.) И вы очень ее любите?
     Беляев. Да-с.
     Наталья Петровна. Скажите, как вы находите моего Колю?
     Беляев. Он очень милый мальчик.
     Наталья  Петровна.  Не  правда  ли?  И  такой  любящий!  Он  уже  успел
привязаться к вам.
     Беляев. Я готов стараться... Я рад...
     Наталья Петровна.  Вот,  видите  ли,  Алексей  Николаич,  конечно, я бы
желала сделать  из него дельного человека. Я не знаю, удастся ли это мне, но
во всяком случае я хочу, чтобы он всегда с удовольствием вспоминал о времени
своего детства. Пусть  он растет себе  на  воле - это  главное. Я сама  была
иначе воспитана,  Алексей  Николаич;  мой  отец  был  человек  не  злой,  но
раздражительный и строгий... все в доме, начиная с маменьки, его боялись. Мы
с братом, бывало, всякий  раз украдкой  крестились, когда нас  звали к нему.
Иногда мой отец принимался меня ласкать, но даже в его объятиях я, помнится,
вся  замирала. Брат мой вырос, и вы,  может  быть,  слыхали об его разрыве с
отцом... Я никогда не  забуду  этого  страшного  дня... Я  до  самой кончины
батюшки осталась покорною  дочерью... он называл меня своим утешеньем, своей
Антигоной... (он ослеп в  последние годы своей  жизни); но самые его  нежные
ласки  не  могли изгладить  во  мне первые впечатления моей  молодости.... Я
боялась  его,  слепого старика, и никогда в его  присутствии не  чувствовала
себя свободной... Следы этой робости, этого долгого принужденья, может быть,
до  сих пор не исчезли совершенно... я знаю, я  с  первого взгляда кажусь...
как это сказать?.. холодной, что ли... Но я замечаю, что я рассказываю вам о
самой себе, вместо того чтобы говорить вам о Коле. Я только  хотела сказать,
что  я по  собственному опыту знаю, как хорошо ребенку расти на  воле... Вот
вас, я думаю, в детстве не стесняли, не правда ли?
     Беляев.  Как  вам сказать-с... Меня, конечно,  никто не стеснял... мной
никто не занимался.
     Наталья Петровна (робко). А ваш батюшка разве...
     Беляев. Ему  было  не до того-с. Он  все больше по соседям  ездил... по
делам-с... Или хотя и не по  делам,  а... Он через них,  можно сказать, хлеб
свой добывал. Через свои услуги.
     Наталья Пе1ровна. А! И так-таки никто не занимался вашим воспитанием?
     Беляев. По правде сказать, никто. Впрочем, оно, должно быть, заметно. Я
слишком хорошо чувствую свои недостатки.
     Наталья   Петровна.  Может  быть...  но  зато...   (Останавливается   и
продолжает с некоторым смущением.) Ах, кстати, Алексей Николаич это вы вчера
в саду пели?
     Беляев. Когда-с?
     Наталья Петровна. Вечером, возле пруда, вы?
     Беляев. Я-с.  (Поспешно.) Я  не думал... пруд отсюда так далеко... Я не
думал, чтобы здесь можно было слышать ..
     Наталья  Петровна. Да вы как будто  извиняетесь? У вас очень  приятный,
звонкий голос, и вы так хорошо поете. Вы учились музыке?
     Беляев Никак нет-с. Я понаслышке пою-с... одни простые песни.
     Наталья   Петровна.  Вы  их  прекрасно  поете...  Я  вас   когда-нибудь
попрошу... не теперь, а вот когда мы с вами  больше  познакомимся, когда  мы
сблизимся  с  вами...  ведь  не  правда  ли, Алексей  Николаич,  мы  с  вами
сблизимся? Я чувствую к  вам доверие, моя болтовня вам это может доказать...
Она протягивает ему руку  для того, чтобы он ее  пожал  Беляев  нерешительно
берет ее и  после  некоторого недоумения, не  зная, что делать с этой рукой,
целует ее  Наталья  Петровна краснеет  и отнимает  у него  руку  В это время
входит из залы  Шпигельский,  останавливается и  делает шаг  назад.  Наталья
Петровна быстро встает, Беляев тоже
     Наталья  Петровна (с смущением). А, это вы, доктор... а мы  вот здесь с
Алексеем Николаичем... (Останавливается.)
     Шпигельский  (громко и  развязно). Вообразите  себе,  Наталья Петровна,
какие дела у вас происходят. Вхожу  я  в людскою, спрашиваю больного кучера,
глядь! а мой больной  сидит за  столом и в обе щеки уписывает  блин с луком.
Вот после этого и занимайся медициной, надейся  на болезнь да  на безобидные
доходы!
     Наталья Петровна (принужденно улыбаясь). А! в самом деле...
     Беляев хочет уйти. Алексей Николаич, я забыла вам сказать...
     Вера  (вбегая из залы). Алексей Николаич!  Алексей Николаич! (Она вдруг
останавливается при виде Натальи Петровны.)
     Наталья Петровна (с некоторым удивлением). Что такое? Что тебе надобно?
     Вера (краснея


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |