За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Холостяк



за чернильницей сходить?
     Голос Митьки. Да нельзя. Ей-богу, нельзя-с.
     Голос Мошкина. Митя, ведь барин твой дома... Я ведь знаю. Пусти.
     Голос Митьки. Никак нет-с.
     Голос Мошкина. Полно, Митя,  пусти. Твой барин не выезжал. Я в  овощной
лавке спрашивал и  у  дворника.  (Возвышая голос.) Петруша, Петруша, прикажи
меня впустить. Я знаю, ты дома.
     Вилицкий (не смея  взглянуть на Фонка и на Созомэ-носа, которого  опять
начинает  смех разбирать, идет к двери передней). Войдите,  войдите, Михаиле
Иванович, сделайте одолжение... Ты с ума сошел, что ли, Митька?
     Входят Мошкин и Мигька. Мошкин чрезвычайно взволнован При
     виде Фонка и Созомэноса он начинает раскланиваться на все стороны
     Вилицкий с смущением пожимает ему руку.
     Здравствуйте, Михаиле  Иваныч,  здравствуйте.  Извините,  пожалуйста...
такое вышло недоразумение... (Митьке, который собирается  говорить.) Ступай,
ты.
     Митка. Да вы же сами-с... Вилицкий. Ступай, говорят.
     Митька выходит.
     Мошкин. О, помилуй! что за  беда! Напротив,  ты меня извини... я, может
быть, помешал...
     Опять кланяется  Фонку  и  Созомэносу, которые ему отвечают.  Созомэнос
встает со стула. Мошкин подходит к Фонку.
     Родиону Карловичу  мое  нижайшее...  Я  сначала  не  узнал  было вас...
Знаете, эдак, солнце... (Вертит рукой на воздухе.) Как ваше здоровье?
     Фонк. Слава богу; как ваше?
     Мошкин. Помаленьку-с, покорнейше благодарю-с. (Еще раз  кланяется Фонку
и улыбается.) Приятнейшая сегодня по-года-с. (Он в видимом смущении.)
     Тягостное молчание.
     Фонк (Вилицкому).  До  свидания, Петр  Ильич. (Берется за  шляпу.)  Мы,
вероятно, сегодня увидимся.
     Мошкин (Фонку).  Я, надеюсь,  не  помешал... Сделайте  одолжение,  если
что-нибудь нужно, я могу и после зайти... Я  вот  только желал взглянуть  на
Петра Ильича...
     Фонк. О, нет-с... Мы и без  того собирались уйти... Алки-виад Мартыныч,
пойдемте...
     Вилицкий (в смущении). Так вы уходите?..
     Фонк. Да... но мы увидимся... Где вы обедаете?
     Вилицкий. Я не знаю... а что?
     Фонк.  Если  вас  где-нибудь  не  задержат, приходите ко мне... часу  в
пятом... А впрочем, прощайте. (Мошкину.) Честь имею вам кланяться.
     Мошкин кланяется.
     Вилицкий.  Прощайте,  Родион  Карлыч...  Алкивиад  Мартыныч...  Где  вы
живете?
     Созомэнос. В Гороховой, в доме купчихи Жмухиной. Вилицкий. Я буду иметь
удовольствие...
     Провожает их  до передней. Они уходят;  Вилицкий  возвращается.  Мошкин
стоит неподвижно и не глядит на него. Вилицкий нерешительно к
     нему подходит.
     Я очень рад вас видеть, Михаиле Иваныч.
     Мошкин.  И  я...  и я...  тоже очень  рад...  Петруша,  конечно... Я...
того... я... (Умолкает.)
     Вилицкий. Я собирался сегодня к вам, Михайло Иваныч... мне и  так скоро
нужно будет выйти... Да что ж вы не садитесь?
     Мошкин (все в том же  положении). Спасибо... все равно...  Ну, как твое
путешествие за город?.. Ты здоров?
     Вилицкий (поспешно). Хорошо, хорошо... слава богу... Который-то час?
     Мошкин. Должно быть, второй.
     Вилицкий. Второй уже?
     Мошкин (быстро  оборачиваясь  к Вилицкому). Петруша... Петруша,  что  с
тобой?
     Вилицкий. Со мной... Михайло Иваныч?.. Ничего...
     Мошкин (подходя к нему). За что ты на нас сердишься, Петруша?
     Вилицкий (не глядя на него). Я?..
     Мошкин. Ведь я все знаю,  Петруша; ведь ты из города  не выезжал. Целых
пять дней тебя у нас не было... Ты от меня прятался... Петруша, что с тобой,
скажи? Или кто-нибудь из наших тебя обидел?
     Вилицкий. Помилуйте... напротив...
     Мошкин. Так отчего ж вдруг такая перемена?
     Вилицкий. Я вам это... потом все объясню, Михайло Иваныч...
     Мошкин. Мы люди простые, Петруша; но мы тебя любим от всей души; извини
нас, коли мы в чем перед тобой провинились. Мы все это время не знали, что и
придумать, Петруша; духом пали вовсе, измучились. Вообрази сам, каково  было
наше положение!  Знакомые спрашивают:  а где же Петр Ильич?  Я хочу сказать:
отлучился, мол, из  города,  на короткое время -  а язык не слушается... что
будешь делать? Перед свадьбой - вообрази. А Маша-то бедная! О себе я уж и не
говорю.  Ведь  Маша... представь: ведь  она  твоя  невеста.  Ведь  у  ней, у
бедняжки, кроме тебя да  меня,  никого на свете нет.  И  хоть бы какая  была
причина, а то вдруг - словно ножом в сердце пырнул.
     Вилицкий. Право, Михайло Иваныч...
     Мошкин. Ведь я знаю, Петруша, она у тебя сейчас была...
     Вилицкий слегка вздрагивает.
     Сегодня поутру она  вдруг  надевает шляпку; я спрашиваю -  куда? А  она
мне, словно полоумная: пустите, говорит, за покупками. (Уныло.) Ну, какие уж
тут  покупки,  Петруша,  сам посуди! Я ничего;  отпустил ее  - да за  ней...
Глядь, а  она по улице  бежит-бежит, сердечная, да прямо сюда... Я  за угол,
знаешь, вот  где штофная...  Смотрю, эдак через четверть часика, выходит она
от тебя, моя сиротка, лица на сердечной нет; села, голубушка, на  извозчика,
опустила эдак голову  да как заплачет... (Останавливается и  утирает глаза.)
Жалости подобно, Петруша, право!
     Вилицкий (с  волнением).  Я  виноват,  Михайло


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |