За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Холостяк



счастие,  Родион  Карлыч;
она истинно прекрасная девушка!
     Фонк. Я  нисколько  в этом  не  сомневаюсь...  Одно расположение  друга
моего, Петра Ильича, уже громко говорит в ее пользу.
     Мошкин (опять впадая в благоговение). Так-с, так-с...
     Фонк.  Я, с своей  стороны, Петру Ильичу  от души желаю всякого  добра.
(Помолчав немного.)  А  позвольте узнать, вы, кажется, в первом департаменте
столоначальником служите?
     Мошкин. Точно так-с.
     Фонк. У кого в отделении, смею спросить?
     Мошкин. У Куфнагеля, Адама Андреича.
     Фонк  (с  уважением).  А!  Отличный  чиновник!  Я  его  знаю.  Отличный
чиновник!
     Мошкин. Как же-с, как же-с! (Помолчав.) А позвольте полюбопытствовать -
ведь уже с полгода будет, как вы с моим Петрушей познакомились?
     Фонк. С полгода.
     Г-жа Пряжкина выходит  из боковой  двери, разряженная в  пух, с большим
бантом желтых лент на  чепце,  она тихонько подвигается к  говорящим, слегка
приседая им в спину и перебирая снурки ридикюля.
     Мне  в  вашем  приятеле особенно нравится то,  что  он,  можно сказать,
молодой человек с правилами...
     Мошкин внимательно слушает.
     Это в наше время редко. В нем нет этого ветра... знаете, ветра...
     Вертит рукой на воздухе; Мошкин также вертит рукой и одобрительно
     кивает головой.
     А это важно. Я сам также молодой человек...
     Михаиле Иваныч делает движение, как бы желая сказать: о, помилуйте!
     Я не какой-нибудь Катон... но...
     Пряжкина (скромно, но громко кашляя дискантом). Эхем!
     Фонк останавливается и оглядывается; Мошкин оглядывается тоже. Пряжкина
приседает.
     Мошкин (с некоторой досадой). Что вам надобно, Катерина Савишна?
     Фонк   медленно   приподнимается.  Мошкин  тоже   встает.  Пряжкина  (с
смущением).  Я-с...  я-с... пришла  к вам-с... Фонк ей важно  кланяется, она
приседает ему и умолкает.
     Мошкин.   Эх,  как...  (Спохватившись.)   Позвольте,   Родион   Карлыч,
представить  вам...  Пряжкина,  Катерина  Савишна,  штаб-офицерша...   Марье
Васильевне тетка двоюродная...
     Фонк (холодно кланяясь). Я очень рад...
     Пряжкина опять приседает.
     Мошкин (Пряжкиной). Вам что-нибудь нужно?
     Пряжкина. Да-с... Меня  Марья  Васильевна просила... то есть не то чтоб
просила... а только если б вам можно было... на минуточку...
     Мошкин  (с укоризной).  Что  там такое?.. Как  же  теперь?..  (Украдкой
указывая ей на Фонка.) Эх!..
     Фонк. Прошу вас не церемониться... если вам нужно...
     Мошкин. Вы  очень  добры... Право,  я не знаю, зачем  это меня зовут...
Впрочем, я сию минуту возвращусь...
     Фонк (поднимая руку). Помилуйте...
     Мошкин.  Сейчас, сейчас.  (Уходя с Пряжкиной, он  ей  высказывает  свое
неудовольствие.)
     Фонк (один; глядит  им вслед,  пожимает  плечами,  начинает  ходить  по
комнате. Подходит к зеркалу, охорашивается, потом с гадливостью приподнимает
щетку,  взглядывает  на ширмы). Что это такое? Что это?  (Расставляя  руки.)
Куда это меня привели?  Что это за смешная  женщина,  и  старик  этот  тоже,
болтает, плачет... и что за фамилиарность такая? Мальчик  в каком-то мерзком
казакине; все нечисто... Постель вот  - и квартира  наконец,- что это такое?
Должно  быть,  обед будет прескверный,  и  шампанское скверное...  прийдется
пить...
     Стратилат входит и прицепляет  зажженные лампы к стене.  Фонк глядит на
него скрестя руки. Стратилат с робостью взглядывает на
     него и выходит.
     Что  это?  как это можно  наконец? Решительно  не понимаю... Ослепление
какое-то. Впрочем, посмотрим невесту.
     Из боковой двери выходит Вилицкий. А! Вилицкий!
     Вилицкий. Мне  Михайло  Иваныч  сказал, что вы  здесь  одни остались...
Извините его, пожалуйста... старик совсем захлопотался.
     Фонк. Помилуйте, что за беда?
     Вилицкий  (жмет ему  руку).  Вы очень добры и  снисходительны... Я  вас
предуведомил... Михайло Иваныч отличный человек... Я его могу назвать  своим
благодетелем... но вы видите сами: он довольно простой...
     Вилицкий ждет, чтоб Фонк его прервал; Фонк молчит.
     Не правда ли, он...
     Фонк.  Отчего же?.. нет. Господин Мошкин мне  кажется весьма порядочным
человеком.  Конечно,  он, сколько  я  мог заметить,  не  получил  блестящего
образования... Но это вопрос второстепенный.  Кстати,  я  здесь  видел  одну
даму... Она тетка вашей невесты?
     Вилицкий  (слегка  краснея  и принужденно улыбаясь).  Она...  небогатая
женщина - впрочем, тоже весьма добрая... и...
     Фонк.  Я  не  сомневаюсь.  (Помолчав.) Вы с господином  Мошкиным  давно
знакомы?
     Вилицкий. Года с три.
     Фонк. А в Петербурге он давно на службе?
     Вилицкий. Давно.
     Фонк. Сколько господину Мошкину лет?
     Вилицкий. Лет пятьдесят, я думаю, будет.
     Фонк. Долго ж  он остается столоначальником!  А  скоро ли я буду  иметь
удовольствие увидеть вашу невесту?
     Вилицкий. Она сейчас явится.
     Фонк. Господин Мошкин мне очень лестно об ней отозвался.
     Вилицкий. В этом нет ничего удивительного. Михайло Иваныч в ней души не
чает... Но в самом  деле Маша очень милая, очень  добрая девушка... Конечно,
она выросла  в бедности, в уединении,


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |