За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Холостяк



Трубку.
     Митька идет в угол и набивает трубку
     От Родиона Карлыча сегодня записки не приносили'
     Митька. Никак нег-с. (Подает Вилицкому трубку и зажигательную спичку.)
     Вилицкий (раскуривая трубку). Да! Михаиле Иванович, может быть, сегодня
зайдет - так  ты... опять ему скажешь, что  меня дома нет. Слышишь?  Митька.
Слушаю-с. (Уходит.)
     Вилицкий  (некоторое время  курит трубку  и  вдруг встает). Это должно,
однако  ж, чем-нибудь кончиться! Это невыносимо! это  решительно невыносимо!
(Ходит  по комнате.) Мое  поведение, я знаю,  непростительно грубо; вот  уже
пять  дней, как я у них не был... с самого того проклятого обеда... но что ж
мне делать, боже мой! Я не умею притворяться... Однако это должно чем-нибудь
кончиться.  Нельзя же мне  все прятаться,  по  целым дням сидеть у знакомых,
ночевать  у  них...  Надо на  что-нибудь  решиться  наконец! Что  обо  мне в
департаменте   подумают?  Это  слабость  непростительная,   просто  детство!
(Подумав немного) Митька!
     Митька (выходя из передней). Чего изволите? Вилицкий. Ведь ты, кажется,
сказывал... Михаиле Ива-ныч вчера тоже заходил?
     Митька (закидывая руки за спину).  Как же-с! они с  самого  воскресенья
каждый день изволили заходить-с.
     Вилицкий. А!
     Митька. В воскресенье изволили даже в большом беспокойстве прибежать-с,
здоров ли, дескать, твой барин - отчего его вчера у нас не было?
     Вилицкий. Да, да, ты мне сказывал. Что ж? ты ему отвечал, что я...
     Митька. Я им доложил-с, что вас  в городе нету-с... Дескать, уехали  по
делам.
     Вилицкий. Ну, а он что?
     Митька. Они-с удивлялись, какие  это, дескать, такие  дела...  и отчего
это вы вдруг так уехать изволили-с, ни слова им не  сказамши. Они,  говорят,
потом   в  департаменте  спра-шивали-с:   там  не   знают,  стало,  дела  не
служебные-с.  Очень изволили беспокоиться.  Спрашивали даже, как вы изволили
поехать-с, то есть  возок ли с  биржи взяли-с,  или ямщика наняли, много  ли
белья с собой изволили забрать-с... Очень беспокоились.
     Вилицкий. Что ж ты ему отвечал?
     Митька.  Я, как вы  изволили приказывать-с:  "Не знаю, мол,  куда барин
отправиться изволил, а только  поехал  он с приятелями: стало быть, за город
погулять. С часа на час, мол, ожидаем". Они-с подумали и  ушли-с - да вот  с
тех пор каждый день  наведываться изволят. Третьего дня даже два раза. Вчера
они часа  с полтора  у вас в кабинете высидеть изволили: вас  все поджидали;
записку оставили-с.
     Вилицкий.  Да, я ее прочел... Ну, послушай: если сегодня Михайло Иваныч
прийдет, ты скажи ему, что я вернулся и  опять со двора  выехал - но что я у
него сегодня непременно  буду... Слышишь?.. непременно. Ступай, да вицмундир
мне приготовь.
     Митька  (уходя,  с улыбкой).  Даже дворника расспрашивать изволили-с...
Дескать, мол, не знаешь ли, братец, куда Петр Ильич уехал?
     Вилицкий. Что же дворник?
     Митька. Дворник сказал,  что  не  знает-с,  а что, кажется, вы точно не
изволите дома ночевать-с.
     Вилицкий (помолчав немного). Ну, ступай.
     Митька уходит. Вилицкий начинает ходить по комнате.
     Что за ребячество! И что  за глупая мысль - прятаться?  Как  будто  это
возможно!..  Теперь лгать  прийдется, выдумывать.. Старика не обманешь - все
наружу выйдет. Эх, как это все  скверно, скверно!.. (Останавливается.) И что
со мной сделалось такое? Отчего у меня - просто мороз  по коже подирает, как
только я подумаю, что мне надо наконец к ним съездить?
     Ведь я все-таки жених: ведь  я на днях женюсь... Притом я Машу люблю...
Я... да; я готов на ней жениться. Да и дело слажено... я дал слово... ну, и,
наконец, я вовсе не прочь... (Пожимает плечами.) Удивительно! Этого я никак,
признаться,  не  предвидел! (Опять садится.) Но этот обед!  этот обед! Век я
этого обеда  не забуду.  И  что  сделалось  с  Машей? Ведь  она не  глупа...
разумеется,  не глупа. Ну, слова,  просто слова не  умела сказать! Уж Фонк и
так и сяк, и с той стороны, и с другой - всячески. Нет, сидит, как каменная!
"Да-с, как же-с, я очень рада"... Я все время за нее краснел. Фонку я теперь
в  глаза  смотреть не  могу;  ей-богу!  Мне  все  кажется,  что он как будто
посмеивается. Да  и есть чему. Разумеется, он, как человек деликатный, всего
своего мнения не выскажет...
     Небольшое молчание,
     Робка она, дика... в  свете никогда не жила... Конечно. От  кого ж ей и
было  заимствовать...  это... ну, эти  манеры наконец...  не  от Михаила  же
Иваныча, в  самом деле!.. Притом  она так добра, так меня любит... Да и я ее
люблю. (С жаром.) Разве я говорю, что ее не люблю?.. только вот...
     Опять небольшое молчание.
     Я  с  Фонком  согласен:  воспитание -  важная вещь,  очень важная вещь.
(Берет  книгу.)  Однако  ж  надо   к  ним  пойти...  Да;  я  сегодня  к  ним
отправлюсь... (Бросает книгу.) Ах, как это все нехорошо!
     Входит Митька. Что тебе?
     Митька (подавая ему записку). Письмо-с.
     Вилицкий (взглянув на надпись). А! Ну, хорошо; ступай.
     Митька выходит. Вилицкий быстро распечатывает письмо.
     От Маши! (Читает про себя - и, кончив, опускает руки на колена.) Что за
преувеличения такие? К


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |