За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Рудин



душу, - Наталья
Алексеевна! вы могли  заметить,  я  мало  говорю  о  своем  прошедшем.  Есть
некоторые струны, до которых я не касаюсь вовсе. Мое  сердце...  кому  какая
нужда знать о том, что в нем происходило? Выставлять это напоказ мне  всегда
казалось святотатством. Но с вами я откровенен: вы возбуждаете  мое  доверие
... Не могу утаить от вас, что и я любил и страдал, как все... Когда и  как?
об этом говорить не стоит; но сердце мое испытало  много  радостей  и  много
горестей...
     Рудин помолчал немного.
     - То, что я вам сказал вчера, - продолжал он, - может быть до некоторой
степени применено ко мне, к теперешнему моему положению.  Но  опять-таки  об
этом говорить не стоит. Эта сторона жизни для меня уже исчезла. Мне остается
теперь тащиться по знойной и  пыльной  дороге,  со  станции  до  станции,  в
тряской телеге ... Когда я доеду, и доеду  ли  -  бог  знает...  Поговоримте
лучше о вас.
     - Неужели же, Дмитрий Николаевич, - перебила его Наталья, -  вы  ничего
не ждете от жизни?
     - О нет!  я  жду  многого,  но  не  для  себя...  От  деятельности,  от
блаженства  деятельности  я  никогда  не  откажусь;  но   я   отказался   от
наслаждения. Мои надежды, мои мечты - и собственное  мое  счастие  не  имеют
ничего общего. Любовь (при этом слове он пожал плечом)... любовь  -  не  для
меня; я... ее не  стою;  женщина,  которая  любит,  вправе  требовать  всего
человека, а я уж весь отдаться не могу. Притом нравиться - это дело  юношей:
я слишком стар. Куда мне кружить чужие  головы?  Дай  бог  свою  сносить  на
плечах!
     - Я понимаю, - промолвила Наталья, - кто стремится к великой цели,  уже
не должен думать о себе; но разве женщина  не  в  состоянии  оценить  такого
человека? Мне кажется, напротив, женщина скорее отвернется от эгоиста... Все
молодые люди, эти юноши, по-вашему, все - эгоисты, все только собою  заняты,
даже  когда   любят.   Поверьте,   женщина   не   только   способна   понять
самопожертвование: она сама умеет пожертвовать собою.
     Щеки Натальи слегка зарумянились, и глаза ее заблестели. До  знакомства
с Рудиным она никогда бы не произнесла такой длинной речи и с таким жаром.
     - Вы не раз слышали  мое  мнение  о  призвании  женщин,  -  возразил  с
снисходительной улыбкой Рудин. - Вы знаете, что, по-моему, одна Жанна  д'Арк
могла спасти Францию... но дело не в том.  Я  хотел  поговорить  о  вас.  Вы
стоите на пороге жизни... Рассуждать  о  вашей  будущности  и  весело  и  не
бесплодно... Послушайте: вы знаете, я ваш  друг;  я  принимаю  в  вас  почти
родственное участие... А потому я  надеюсь,  вы  не  найдете  моего  вопроса
нескромным: скажите, ваше сердце до сих пор совершенно спокойно?
     Наталья вся вспыхнула и ничего не сказала.  Рудин  остановился,  и  она
остановилась.
     - Вы не сердитесь на меня? - спросил он.
     - Нет, - проговорила она, - но я никак не ожидала...
     - Впрочем, - продолжал он. - вы можете не отвечать мне. Ваша тайна  мне
известна.
     Наталья почти с испугом взглянула на него.
     - Да... да; я знаю, кто вам нравится. И  я  должен  сказать  -  лучшего
выбора вы сделать не могли. Он человек прекрасный; он сумеет оценить вас; он
не измят жизнью - он прост и ясен душою... он составит ваше счастие.
     - О ком говорите вы, Дмитрий Николаич?
     - Будто вы не понимаете, о ком я говорю? Разумеется, о  Волынцеве.  Что
ж? разве это неправда?
     Наталья отвернулась немного от Рудина. Она совершенно растерялась.
     - Разве он не любит вас? Помилуйте! он не сводит с вас глаз, следит  за
каждым вашим движением; да и, наконец, разве можно скрыть любовь? И вы  сами
разве не благосклонны к нему? Сколько я мог заметить,  и  матушке  вашей  он
также нравится... Ваш выбор...
     - Дмитрий Николаич!- перебила его Наталья, в смущении протягивая руку к
близ стоявшему кусту, - мне, право, так неловко говорить об этом; но  я  вас
уверяю ... вы ошибаетесь.
     - Я ошибаюсь? - повторил Рудин. - Не думаю...  Я  с  вами  познакомился
недавно; но я уже хорошо вас знаю. Что же значит перемена, которую я вижу  в
вас, вижу ясно? Разве вы  такая,  какою  я  застал  вас  шесть  недель  тому
назад?.. Нет, Наталья Алексеевна, сердце ваше не спокойно.
     - Может быть,  -  ответила  Наталья  едва  внятно,  -  но  вы  все-таки
ошибаетесь.
     - Как это? - спросил Рудин.
     - Оставьте меня, не спрашивайте меня! - возразила  Наталья  и  быстрыми
шагами направилась к дому.
     Ей самой стало страшно всего того, что она вдруг почувствовала в себе.
     Рудин догнал и остановил ее.
     - Наталья Алексеевна!- заговорил он,  -  этот  разговор  не  может  так
кончиться: он слишком важен и для меня... Как мне понять вас?
     - Оставьте меня! - повторила Наталья.
     - Наталья Алексеевна, ради бога!
     На лице Рудина изобразилось волнение. Он побледнел.
     - Вы все понимаете, вы и меня должны понять! - сказала Наталья, вырвала
у него руку и пошла не оглядываясь.
     - Одно только слово! - крикнул ей вслед Рудин.
     Она остановилась, но не обернулась.
     - Вы меня спрашивали, что я хотел сказать вчерашним сравнением.  Знайте
же, я обманывать вас не хочу. Я говорил о себе, о своем прошедшем - и о вас.
     - Как? обо мне?
     - Да, о вас; я, повторяю, не хочу вас обманывать... Вы теперь знаете, о
каком чувстве, о каком новом чувстве я говорил тогда... До нынешнего  дня  я
никогда бы не решился...
     Наталья вдруг закрыла лицо руками и побежала к дому.
     Она так была потрясена неожиданной развязкой разговора с Рудиным, что и
не  заметила  Волынцева,  мимо  которого  пробежала.  Он  стоял  неподвижно,
прислонясь спиною к дереву. Четверть часа тому  назад  он  приехал  к  Дарье
Михайловне и застал ее в гостиной, сказал слова два,  незаметно  удалился  и
отправился отыскивать Наталью. Руководимый чутьем,  свойственным  влюбленным
людям, он пошел прямо в сад и наткнулся на  нее  и  на  Рудина  в  то  самое
мгновение, когда она вырвала у него руку. У Волынцева  потемнело  в  глазах.
Проводив Наталью взором, он отделился от дерева и шагнул раза  два,  сам  не
зная, куда и зачем. Рудин увидел его, поравнявшись  с  ним.  Оба  посмотрели
друг другу в глаза, поклонились и разошлись молча.
     "Это так не кончится", - подумали оба.
     Волынцев пошел на самый конец сада. Ему горько  и  тошно  стало;  а  на
сердце залег свинец, и кровь по временам  поднималась  злобно.  Дождик  стал
опять накрапывать. Рудин вернулся к себе в комнату. И  он  не  был  спокоен:
вихрем кружились в нем мысли. Доверчивое, неожиданное прикосновение молодой,
честной души смутит хоть кого.
     За столом все шло как-то неладно. Наталья, вся бледная, едва  держалась
на стуле и не поднимала глаз. Волынцев сидел, по обыкновению,  возле  нее  и
время от времени принужденно заговаривал с нею. Случилось так, что Пигасов в
тот день обедал у Дарьи Михайловны. Он больше всех говорил за столом.  Между
прочим он начал доказывать, что людей, как собак, можно разделить на куцых и
длиннохвостых. "Куцыми бывают люди, - говорил он,  -  и  от  рождения  и  по
собственной вине.  Куцым  плохо:  им  ничего  не  удается  -  они  не  имеют
самоуверенности.  Но  человек,  у  которого  длинный   пушистый   хвост,   -
счастливец. Он может быть и  плоше  и  слабее  куцего,  да  уверен  в  себе;
распустит хвост - все любуются. И ведь  вот  что  достойно  удивления:  ведь
хвост-  совершенно  бесполезная  часть  тела,  согласитесь;  на  что   может
пригодиться хвост? а все судят о ваших достоинствах по хвосту".
     - Я, - прибавил он со вздохом, -  принадлежу  к  числу  куцых,  и,  что
досаднее всего, - я сам отрубил себе хвост.
     - То есть вы хотите сказать, - заметил небрежно Рудин, - что,  впрочем,
уже давно до вас сказал  Ларошфуко:  будь  уверен  в  себе,  другие  в  тебя
поверят. К чему тут было примешивать хвост, я не понимаю.
     - Позвольте же  каждому,  -  резко  заговорил  Волынцев,  и  глаза  его
загорелись, - позвольте каждому выражаться, как ему  вздумается.  Толкуют  о
деспотизме ... По-моему, нет хуже деспотизма  так  называемых 


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |