За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Первая любовь



встретились. Она опустила
их и слегка покраснела. Я увидал, что она покраснела, и похолодел от испуга.
Я  уже прежде ревновал к ней, но только в это мгновение мысль о том, что она
полюбила, сверкнула у меня в голове: "Боже мой! она полюбила!" 


X

     
     Настоящие  мои терзания начались с того мгновения. Я ломал себе голову,
раздумывал,  передумывал  -  и неотступно, хотя по мере возможности скрытно,
наблюдал  за  Зинаидой.  В  ней  произошла перемена - это было очевидно. Она
уходила  гулять  одна  и гуляла долго. Иногда она гостям не показывалась; по
целым  часам  сидела  у  себя  в комнате. Прежде этого за ней не водилось. Я
вдруг   сделался  -  или  мне  показалось,  что  я  сделался  -  чрезвычайно
проницателен.  "Не  он  ли?  или  уж  не  он ли?" - спрашивал я самого себя,
тревожно  перебегая мыслью от одного ее поклонника к другому. Граф Малевский
(хоть  я  и стыдился за Зинаиду в этом сознаться) втайне казался мне опаснее
других. 
     Моя  наблюдательность  не  видала дальше своего носа, и моя скрытность,
вероятно,  никого  не  обманула;  по  крайней  мере, доктор Лушин скоро меня
раскусил. Впрочем, и он изменился в последнее время: он похудел, смеялся так
же   часто,  но  как-то  глуше,  злее  и  короче  -  невольная,  нервическая
раздражительность сменила в нем прежнюю легкую иронию и напущенный цинизм. 
     - Что вы это беспрестанно таскаетесь сюда, молодой человек, - сказал он
мне  однажды,  оставшись  со  мною  в  гостиной  Засекиных.  (Княжна  еще не
возвращалась  с  прогулки,  а крикливый голос княгини раздавался в мезонине:
она бранилась со своей горничной.) - Вам бы надобно учиться, работать - пока
вы молоды, - а вы что делаете? 
     -  Вы  не  можете  знать,  работаю  ли  я дома, - возразил я ему не без
надменности, но и без замешательства. 
     -  Какая  уж  тут  работа! у вас не то на уме. Ну, я не спорю... в ваши
годы  это  в  порядке  вещей.  Да  выбор-то ваш больно неудачен. Разве вы не
видите, что это за дом? 
     - Я вас не понимаю, - заметил я. 
     -  Не  понимаете?  Тем  хуже для вас. Я считаю долгом предостеречь вас.
Нашему  брату,  старому  холостяку,  можно сюда ходить: что нам делается? мы
народ  прокаленный, нас ничем не проберешь; а у вас кожица еще нежная; здесь
для вас воздух вредный - поверьте мне, заразиться можете. 
     - Как так? 
     -  Да так же. Разве вы здоровы теперь? Разве вы в нормальном положении?
Разве то, что вы чувствуете, полезно вам, хорошо? 
     -  Да  что же я чувствую? - сказал я, а сам в душе сознавал, что доктор
прав. 
     -  Эх,  молодой  человек,  молодой  человек, - продолжал доктор с таким
выражением,  как будто в этих двух словах заключалось что-то для меня весьма
обидное, - где вам хитрить, ведь у вас еще, слава богу, что на душе, то и на
лице.  А  впрочем,  что  толковать? Я бы и сам сюда не ходил, если б (доктор
стиснул  зубы)...  если  б  я  не  был  такой  же  чудак.  Только вот чему я
удивляюсь: как вы, с вашим умом, не видите, что делается вокруг вас? 
     -  А  что  же такое делается? - подхватил я и весь насторожился. Доктор
посмотрел на меня с каким-то насмешливым сожалением. 
     -  Хорош же и я, - промолвил он, словно про себя, - очень нужно это ему
говорить.  Одним  словом,  -  прибавил  он,  возвысив голос, - повторяю вам:
здешняя  атмосфера  вам не годится. Вам здесь приятно, да мало чего нет? И в
оранжерее  тоже  приятно  пахнет  -  да жить в ней нельзя. Эй! послушайтесь,
возьмитесь опять за Кайданова! 
     Княгиня вошла и начала жаловаться доктору на зубную боль. Потом явилась
Зинаида. 
     -  Вот,  - прибавила княгиня, - господин доктор, побраните-ка ее. Целый
день пьет воду со льдом; разве ей это здорово, при ее слабой груди? 
     - Зачем вы это делаете? - спросил Лушин. 
     - А что из этого может выйти? 
     - Что? вы можете простудиться и умереть. 
     - В самом деле? Неужели? Ну что ж - туда и дорога! 
     - Вот как! - проворчал доктор. Княгиня ушла. 
     -  Вот как, - повторила Зинаида. - Разве жить так весело? Оглянитесь-ка
кругом... Что - хорошо? Или вы думаете, что я этого не понимаю, не чувствую?
Мне  доставляет


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |