За жизнь писатель пережил многое – широкое признание и несправедливую критику, несчастную любовь и жизнь на чужбине. Был знаком со многими известными людьми современности. Часто думал о будущем своей Родины. И всегда – любил и восхищался русской природой. Всё это несомненно находило своё отражение в его творчестве.

 » Главная страница   » Фотогалерея   » Видеоматериалы
  :::: Романы ::::

» Дворянское гнездо
» Отцы и дети
» Дым
» Рудин
» Новь

  :::: Рассказы и повести ::::

» Первая любовь
» Записки охотника
» Муму
» Несчастная
» Вешние воды
» Ася
» Дневник лишнего человека
» Степной король Лир

  :::: Пьесы ::::

» Месяц в деревне
» Холостяк

  :::: Стихи ::::

» Все стихи Ивана Тургенева



Памятник И. С.Тургеневу на Манежной площади в Москве


Усадьба Тургенева в Спасское-Лутовиново


И.С.Тургенев



Первая любовь



шести  дней я почти не видел Зинаиды: она
сказывалась  больною,  что  не  мешало,  однако, обычным посетителям флигеля
являться,  как  они  выражались,  на свое дежурство - всем, кроме Майданова,
который тотчас падал духом и скучал, как только не имел случая восторгаться.
Беловзоров  сидел  угрюмо в углу, весь застегнутый и красный, на тонком лице
графа   Малевского   постоянно   бродила   какая-то   недобрая   улыбка;  он
действительно   впал   в   немилость  у  Зинаиды  и  с  особенным  стараньем
подслуживался   старой   княгине,   ездил   с   ней   в   ямской   карете  к
генерал-губернатору.  Впрочем, эта поездка оказалась неудачной, и Малевскому
вышла   даже  неприятность:  ему  напомнили  какую-то  историю  с  какими-то
путейскими  офицерами - и он должен был в объяснениях своих сказать, что был
тогда  неопытен.  Лушин приезжал раза по два в день, но оставался недолго; я
немножко  боялся  его  после  нашего  последнего  объяснения и в то же время
чувствовал  к  нему  искреннее  влечение. Он однажды пошел гулять со мною по
Нескучному  саду,  был  очень  добродушен  и любезен, сообщал мне названия и
свойства разных трав и цветов и вдруг, как говорится, ни к селу ни к городу,
воскликнул,  ударив себя по лбу: "А я, дурак, думал, что она кокетка! Видно,
жертвовать собою сладко - для иных". 
     - Что вы хотите этим сказать? - спросил я. 
     -  Вам  я  ничего  не  хочу  сказать,  - отрывисто возразил Лушин. Меня
Зинаида  избегала:  мое появление - я не мог этого не заметить - производило
на  нее  впечатление  неприятное.  Она  невольно  отворачивалась  от меня...
невольно; вот что было горько, вот что меня сокрушало! Но делать было нечего
- и я старался не попадаться ей на глаза и лишь издали ее подкарауливал, что
не всегда мне удавалось. С ней по-прежнему происходило что-то непонятное; ее
лицо  стало другое, вся она другая стала. Особенно поразила меня происшедшая
в  ней  перемена  в один теплый, тихий вечер. Я сидел на низенькой скамеечке
под  широким,  кустом  бузины;  я любил это местечко: оттуда было видно окно
Зинаидиной   комнаты.  Я  сидел;  над  моей  головой  в  потемневшей  листве
хлопотливо   ворошилась   маленькая  птичка;  серая  кошка,  вытянув  спину,
осторожно  кралась  в  сад,  и  первые  жуки  тяжело  гудели  в воздухе, еще
прозрачном,  хотя  уже  не  светлом.  Я сидел и смотрел на окно - и ждал, не
отворится  ли оно: точно - оно отворилось, и в нем появилась Зинаида. На ней
было белое платье - и сама она, ее лицо, плечи, руки были бледны до белизны.
Она  долго  осталась  неподвижной  и долго глядела неподвижно и прямо из-под
сдвинутых  бровей.  Я  и  не  знал за ней такого взгляда. Потом она стиснула
руки,  крепко-крепко,  поднесла  их  к  губам,  ко  лбу - и вдруг, раздернув
пальцы, откинула волосы от ушей, встряхнула ими и, с какой-то решительностью
кивнув сверху вниз головой, захлопнула окно. 
     Дня три спустя она встретила меня в саду. Я хотел уклониться в сторону,
но она сама меня остановила. 
     - Дайте мне руку, - сказала она мне с прежней лаской, - мы давно с вами
не болтали. 
     Я  взглянул  на  нее:  глаза  ее тихо светились и лицо улыбалось, точно
сквозь дымку. 
     - Вы все еще нездоровы? - спросил я ее. 
     -  Нет,  теперь  все прошло, - отвечала она и сорвала небольшую красную
розу. - Я немножко устала, но и это пройдет. 
     - И вы опять будете такая же, как прежде? - спросил я. Зинаида поднесла
розу к лицу - и мне показалось, как будто отблеск ярких лепестков упал ей на
щеки. 
     - Разве я изменилась? - спросила она меня. 
     - Да, изменились, - ответил я вполголоса. 
     -  Я  с вами была холодна - я знаю, - начала Зинаида, - но вы не должны
были  обращать  на  это  внимания...  Я не могла иначе... Ну, да что об этом
говорить! 
     -  Вы  не  хотите,  чтоб я любил вас, вот что! - воскликнул я мрачно, с
невольным порывом. 
     - Нет, любите меня - но не так, как прежде. 
     - Как же? 
     -  Будемте  друзьями  -  вот  как!  - Зинаида дала мне понюхать розу. -
Послушайте,  ведь  я  гораздо  старше  вас - я могла бы быть вашей тетушкой,
право; ну, не тетушкой, старшей


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |